Журнал "Город", 2002, № 1(5). Виктор Бойков

Красная нить

До меня сутки плыть,
От меня день лететь.
Где же красная нить,
Заплетенная в сеть?

Не носите очков
И не красьте ресниц,
Не гневите волков
И кладбищенских птиц.

Просто Ваши глаза
Не похожи на месть.
Где-то рядом гроза -
Электричество есть!

Я от мысли далек -
Напугать, нагрубить.
А упавший "бычок"
Чертит красную нить
1992

* * *
Здесь бьют по задумчивой роже,
Покой покупают за страх,
К тебе безразличны, но все же
Копаются в черновиках.

Насколько ты слаб и ничтожен,
Насколько проворнее зверь,
Насколько твой дом ненадежен -
Надеюсь, ты понял теперь.

Здесь множество странных моментов.
Бывает, мы вместе грустим.
Вампиры в бреду сантиментов,
Бывает, бормочут "прости".

Насколько отказ невозможен,
Настолько отрежь и отмерь.
На скольких кинжалах нет ножен -
Надеюсь, ты понял теперь.

Здесь есть несомненная радость
Дразнить бестолковость толпы,
А с теми, которым досталось,
Не страшно быть втоптанным в пыль.

На сколько дорог хватит ног,
Насколько беспомощен зверь,
Насколько всесилен твой Бог -
Надеюсь, ты понял теперь.
1992

Про ночь

Ночь похожа на вино,
Если пить холодный свет
Через черное окно
Сквозь соломку сигарет.

Ночь похожа на гашиш,
Если ночи больше нет,
Если ты домой спешишь
И врывается рассвет.

Ночь похожа на тебя,
Если был тяжелый день.
И, подушку теребя,
Сонно погружаюсь в лень.

* * *
Если бы я покупал
Смех механических рыл,
В ложе искусственных кож
Я бы тебя любил.

В чем-то меня оправдал,
Чем-то меня покорил
Тот, кто на мой пьедестал
Клал благородный тротил.

Я бы о многом не знал
Или о многом забыл,
Если бы я продавал
Смех механических рыл.
1993

Мое животное на дне
Живет во мне, души не чая,
Ему я тем же отвечаю,
Мы чаще счастливы, чем "не".

Но многого не замечая,
Создатели бессмертных книг
Твердят, что это есть тупик
И декаданс за рюмкой чая.

Пусть выход есть из тупика,
Он, может, только тем и сладок,
Что отнесен к числу загадок,
Мной не разгаданных пока.
1993

Уйди из дома, если тесен дом,
И, став на время уличным котом,
Прости обезображенные лица
Людей, живущих рядом, а потом,
Когда ты их заставишь потесниться
Уйди из дома, если тесен дом!

Точка

Сегодня на исходе дня
Моя земная оболочка
Почти утратила меня,
И расплылась по небу точка.

Я стал бояться протрезветь,
Бояться видеть, знать и слышать,
Мне надоело слово "смерть",
Мне хочется залезть повыше,

Куда не долетят плевки
Косноязычного народа,
Где молодые старики
Беззлобно прожигают годы.

Туда, где все разрешено,
За исключением неволи,
Где я с тобой давным-давно
Учусь в одной вечерней школе.

Но шаг преображался в бег,
Хрустел декабрь под каблуками,
И твердо упирались в снег
Деревья черными ногами.

К исходу завтрашнего дня
Моя земная оболочка
Опять утратила меня,
И расплылась по небу точка.
1994

* * *
Пусть будет добрый зимний вечер,
Пусть я тебе открою двери,
Пусть кто-то против нашей встречи,
Пусть кто-то просто мне поверит.

Тогда в глазах не будет скуки,
Тогда нас отгородят стены,
Тогда меня коснутся руки,
Тогда начнут работать вены.

Потом плотней закрою двери,
Потом душа сольется с телом,
Потом проснутся наши звери,
Потом уйдут, занявшись делом.

Жаль, что не будет длинной ночи,
Жаль утрамбованные снеги,
Жаль, жизнь становится короче,
Жаль всех от Альфы до Омеги.

Пусть мы, как все, придем к итогу,
Тогда пускай под небом звездным
Потом не будет жаль, ей-богу!
Жаль, что все это будет поздно.
1995

* * *
Бессмысленные строки, написанные ночью
На листиках бумаги стандартного формата
Задерживались в лужах и улетали в темень,
Обрадовавшись странной беспомощности папки,
Которая раскрылась и выпала из пальцев
У сбитого машиной нелепого мужчины.
1996